Anna's Journal
[Most Recent Entries]
[Calendar View]
[Friends]
Below are the 20 most recent journal entries recorded in
Anna's LiveJournal:
[ << Previous 20 ]
| Tuesday, April 1st, 2014 | | 7:59 pm |
верхний пост
Мой журнал по некоторым причинам практически friend-only. Если хотите мне что-нибудь сказать - то пишите здесь, буду рада. | | Wednesday, May 30th, 2012 | | 9:41 pm |
Кливленд, штат Огайо, месяц назад.
Этот город - сухарь. Офисные здания, банки, гостиницы и парковки. Половина зданий с извечной тоской американцев по высокому античному стилю. Колонны, фронтоны. Бетон снаружи, мрамор внутри. Несколько театров, две спортивных арены. Один супермаркет. Рестораны. И все. Люди в композицию не включены.
По картинке можно кликнуть. | | Monday, May 21st, 2012 | | 11:24 pm |
We need to talk about Kevin
"We need to talk about Kevin", режиссер Lynne Ramsay.
Всего четыре персонажа, главных - два. Младенец-ребенок-подросток Кевин и его мать, Ева. Два центра противостояния. Очень мало слов. Почти каждая реплика - только фиксация состояния или проблемы. Слово "говорить" в названии отражается почти полным отсутствием произносимых слов. Эта картина - своего рода манифест о матери, человека, для кого "должен" звучит как данность, в которой нет ничего героического. Долженствование выпирает через ответственность. Мой сын - моя кара. Нюансы никого не интересуют.
Центр этого мира - женщина, одинокая до степени, до которой доходят персонажи художников-экзистенциалистов. Тильда Свинтон (Tilda Swinton) играет свою Еву бесподобно. Сухо, четко, с эмоциями, которые ощущаются кожей в ее взгляде, но никогда не вырываются в тоне или резкости голоса. Она счастлива дважды - очень давно с мужем ночью, в проливной дождь после вечеринки. Второй раз - после катастрофы; в день, когда ее взяли на работу. Первый раз она замечательно смеется, второй - сама себе улыбается.
Отец (Джон Рейли (John C. Reilly)) проще, добрее и понятней. Ему и с сыном легче. Ему казалось что они - приятели. Это он дарил сыну луки - сначала игрушечный, потом - профессиональный. Рядом с ними было еще одно любящее существо - маленькая дочь-сестренка. Для этой девочки начало конца наступило тогда, когда брат "случайно" послужил причиной того, что она потеряла глаз. А финал с ней разделил отец. Их обоих, пробитых стрелами, дома увидела в окно мать тогда, когда вернулась домой из школы. В этой школе учился ее сын; в тот день он запер одноклассников в зале и расстрелял их в упор из своего роскошного лука.
Гонор, сумашествие, дьявольщина скрытого и такого привлекательного парня идеально формируют персонаж, которого играет Эзра Миллер (Ezra Miller). Этот мальчик притягивает взгляд и увлекает. Боюсь что признаться в недвусмысленном интересе к нему до поры до времени будет мешать только его юный возраст.
Ева перебирает воспоминания, зрителям шаг за шагом открывается прошлое. Открывается медленно, каждый раз совсем ненамного опережая сюжетный ряд. Зрителям позволено догадаться о том, что сейчас будет. Это как взгляд глубоко вниз перед прыжком, мгновенное пережитое чувство падения, когда еще не сдвинулся с места, и только потом - невозвратный шаг в пустоту и снова - падение, только на сей раз всамделишное.
Красное пятно из прошлого - она и муж, еще до свадьбы, на хипповской вечеринке, валяются в маленьком озере из раздавленных помидоров. Красная масса с комочками, мерзкая, а лица их счастливые. И вот почти через двадцать лет - тот же красный. Липкая краска - привет от соседей - на маленьком невзрачном доме и старой машине.
Ева всегда одна, даже если с Кевином, или мужем и дочкой. Поначалу - в пустом огромном доме, потом - в пустом маленьком. В нормальной жизни должны быть еще люди, а здесь их нет.
Это после катастрофы в ее пространство постоянно врываются матери убитых подростков. Она не борется с ними. Она смиряется и принимает унижение, понимая их безумие. Одна женщина на улице дала ей пощечину за улыбку. Вторая в магазине перебила яйца в коробке, которая лежала в ее тележке. Когда молодая девушка на кассе увидела, в каком виде коробка, поразилась тому, что разбиты все двенадцать и предложила взять новую упаковку, женщина отказалась.
Страшно. Очень страшно. Реплики пятилетнего ребенка, больше присущие взрослому философу пессимисту и бессилие и стойкость матери.
"If you used to something it does not mean to like it. You used to me" - "Если ты привыкла к чему-то, это еще не значит, что тебе это нравится. Ты привыкла ко мне."
Через несколько лет - 15-летнего подростка:
- (отец) you took things wrong, sometimes it is hard to understand what people are talking about if you do not know the context.
- what context?I am a context!
Финал - как легкий выдох, шаг к равновесию. Смерть стояла очень близко, а потом отошла на шаг. Жестокость, наглость, откровенная сексуальность Кевина померкли и блеснули скрытым простым человеческим страхом, который пробился на волю в единственной фразе. Кевин сказал удивляясь, теряясь и складывая собственную броню перед самим собой и матерью. Он ответил, вернее даже комментировал вопрос, который она снова задала ему: "зачем ты это сделал? (I want you to tell me. Why?)" - "Раньше я думал что знаю. Теперь я в этом не уверен. I thought I know it. Now I am not so sure." | | Friday, May 4th, 2012 | | 11:51 am |
| | Wednesday, May 2nd, 2012 | | 6:38 am |
"Дж. Эдгар", режиссер Клин Иствуд
Этот фильм пропитан патриотизм, как им пропитана вся страна. Такого я не видела ни в Европе, ни в Австралии. Не говоря уже о России. У нас то оголтелое поклонение, то столь же оголтелое отречение, а потом снова - лихорадочное возвращение в вдруг ставшему светлым прошлому и веселые танцы на улицах в веселеньких платьицах по случаю первомая. Все залихватски, от души, широко и страшно, как дикая пляска темпераментного пьяного актера. Энергию эту укротить нельзя, свернуть нельзя, забить нельзя. Как тугой шланг - развернется и хлестнет. Но вот направить бы туда, куда нужно. Ситуация небезнадежна потому что и люди есть, и работа есть, и театры есть. И страсть души выражается в жестких, ярких, законченных формах. Более того, эта сила за собой вести может, а значит - упорядочить. А если упорядочить бурю, то можно многое создать. А если отпустить - то схорониться бы побыстрее, а потом, если повезет и выживешь, вылезти потихоньку и мусор подмести.
Ох, я начала об Америке. Там даже те, кто живут тяжело, не думают о том, чтобы уехать. Если вдуматься вопрос об эмиграции из Америки действительно звучит нелепо. Если уж не там - то где? Я в той стране чувствую себя неуютно. Хотя гораздо интереснее, чем в Австралии. В Америке нет запредельной австралийской вежливости и какого-то вечного спокойствия и довольства жизнью (усредненно говорю). Там судят несколько жестче. Люди не открыты, нет, но они чуть сильнее резонируют на окружение. Хотя опять-таки - мой круг общения далеко не широк и на объективность не претендует. Впрочем так же как и в Австралии.
Возвращаясь к фильму.
"Эдгар" - почти автобиография Дж. Эдгара Хувера (J. Edgar Hoover), основателя и первого директора ФБР (FBI). Пожилой уже Хувер вспоминает свою жизнь - надиктовывает свою память помощнику. Сюжет выстроен как чуть перетасованные прямые линии времени. Первая - это биография Хувера начиная со времени его детства, вторая - это последние месяцы его жизни, начиная с того дня, как он занялся записями о прошлом, об истории его агентства. Эти линии - как две части колоды карт, которую смешивает крупье, только прошлого больше, чем настоящего. История впечатляет, если хотеть впечатлиться, если разделить то чувство ответственности за страну и людей, которое так страстно транслирует с экрана ДиКаприо. Но жаль, что характеру не хватает объема. Хувер принимает очень жесткие решения относительно сотрудников, но при этом замечательно, выверено и четко строит совершенную системы картотек, лабораторий, хранилищ информации. Он никак не может быть черным или белым, и неправильно то, что он вышел несколько серым. Ретроспективные истории сделаны в обстановке и гриме соответствующего времени, 30х, 40х, 50х годов. Стильно, но несколько блекло. Особенно вяло выглядят женщины, за исключением матери Эдгара.
Каждый факт из цепочки тех, что составляют сюжет, можно считать переломом, переходным моментом, этапом. Но когда все фрагменты яркие, то теряется масштаб. А сцена из очень личной жизни, невидимой никому кроме Хувера и его ближайшего помощника, правой руки в течение всей жизни, Клайда Толсона. Никому толком неизвестно, в каких отношениях были Хувер и Толсон. Да и не нужно этого знать. Нужно то, что сделать Иствуд в своем фильме: оставил сцену, в которой зритель уверен, что оба они друг друга искренне и глубоко любят. А значит, в той или иной мере ждет подтверждения этому факту в будущем. А в будущем не происходит ничего чувственного, хоть Хувер и Толсон практически неразлучны, а после смерти Хувера его друг и заместитель получает в наследство все деньги и дом Эдгара. Такой расклад - идеальное отражение слухов без грязи.
Вышло так, что гениальность Хувера как руководителя и администратора и бескомпромиссность его и Толсона как агентов-сыщиков несколько померкли потому, что их в истории слишком много, их ничего не оттеняет. А история дружбы и может быть любви, сделанная в полутонах, цепляет внимает и греет душу.
Кстати сказать, Леонардо ДиКаприо и Арми Хаммер даже внешне похожи на своих прототипов. | | Saturday, April 28th, 2012 | | 11:00 am |
| | Friday, April 13th, 2012 | | 4:55 pm |
Саша Неронова. Грустное, отчаянное и душевное
http://elsa-alma.livejournal.com/1272172.htmlКонец игры. Конец пути. Не будет ничего. Я лишь прошу тебя уйти из сердца моего. Не отражайся в снах моих, как в тысяче зеркал, Иссяк и высох тот родник, который ты искал. Лишь горький пепел в этот час лежит в моей горсти. Не будем «мы». Не будет «нас». Прости меня, прости. Ты мною вымолен в слезах у роковой черты. Но оживить остывший прах не сможешь даже ты. Я обессилела давно и не подняться мне, С тобой мне больно и черно, а без тебя вдвойне. Я улыбаюсь и дышу – но пропасть впереди. Лишь об одном тебя прошу: Пожалуйста, Уйди. | | Thursday, April 5th, 2012 | | 10:31 am |
| | Tuesday, March 27th, 2012 | | 1:16 pm |
Театр из Германии, о Египте
"Радио–муэдзин" – немецкий спектакль, документальная работа о муэдзинах в Каире. По мне - это предельный случай воплощения техники вербатим, журналистика на театре. Социальная проблема проговорена очень четко, но драматургии практически нет.
Создатели театра – немецкая театральная группа Rimini Protokoll, в которую входит трое артистов (Helgard Haug, Stefan Kaegi и Daniel Wetzel). С 2004 года Rimini Protokoll является частью постоянной труппы театра Hebbel am Ufer (HAU) в Берлине. Интрига рассказа в том, что правительство Египта решило установить на мечетях репродукторы, которые будут зазывать верующих на молитву, транслируя записанное пение. Когда этот проект будет реализован, теперешние муэдзины, которые зарабатывают на жизнь работой в мечетях, окажутся практически на улице. В качестве одной из главный причин наступающих перемен приводят тот факт, что поющие муэдзины всех мечетей создают в столице невыносимую звуковую какофонию. Но решение властей не пользуется популярностью и не находит поддержки. Скорее наоборот – вызывает чувство протеста, которое отчасти выражено в "Радио–муэдзин".
На тускло освещенную узкую, идеально прямоугольную, длинную как пенал сцену выходит мужчина в глухих темных очках. Сначала тихо, но потом набирая и набирая голос он нараспев читает свой призыв. Ему начинает вторить еще один, который появился в боковом проходе в глубине правой стороны зрительного зала. Чуть позже в ансамбль вступает третий, тоже из зала, но слева. И наконец завершает своеобразный хор четвертый из угла сцены. Все они поют и говорят на арабском языке. На небольшом экране, закрепленном под потолком над сценой, транслируется перевод на английский язык. Постепенно все четверо сходятся на сцене, условно разделенной на четыре равных части. У каждого муэдзина – четверть. Задник–экран разделен на четверти так же, как и сцена. Муэдзины по очереди рассказывают о себе. Пока один говорит, то высвечивается бледным желтым светом, а за его спиной на экране транслируются кадры, снятые в Каире. Картины оживленных улиц, маленьких автобусов, глухих инопланетных зданий, пустых или наполненных залов мечетей сменяют проекции семейных фотографий.
Первый муэдзин – почти слепой учитель–толкователь Корана. Второй – сын фермера и бывший водитель бензовоза, третий – электрик, четвертый – спортсмен–бодибилдер. Согласно канонам, только первый мог быть действительным служителем мечети благодаря своей слепоте. По древним правилам, каждый муэдзин должен лишиться зрения перед тем как поступит на службу. Это нужно для того, чтобы не было возможности заглядывать в окна правоверных с верхушки башни. К счастью сейчас это правило уже не имеет силы, и потому муэдзином может стать каждый, кого судьба привела к Корану.
Когда каждый из четверых говорит, его голос звучат несколько блекло. Но когда эти мужчины поют, голоса наливаются силой, переливаются, широко модулируя всего один главный тон. Лица этих муэдзинов не то чтобы без выражения. У них просто одно лицо на всех, и лицо это не из нашего мира. Они удивительно замкнуты, но не безлики. Кажется у них на всех – один густой непрозрачный монохромный цвет. Служители культа притянуты и затянуты Кораном. Если их лишить их работы то очевидно, что больше у них не останется ничего.
Каждый из четырех описывает свой приход, почти обращение к их теперешней жизни. Все они говорят очень спокойно, как-будто считывают текст с внутренней, невидимой извне, стороне души. В их голосах нет не покорение судьбе. Их интонация – это интонация человека, абсолютно удовлетворенного сделанным выбором и без крошечки сомнения уверенного в том, что их теперешняя жизнь – это максимально возможное при жизни оправданное существование. Когда заканчивается последний, четвертый монолог, муэдзины выстраиваются на сцене, в тени, а перед ними в единственное пятно света ставят огромный репродуктор. Все четверо молчат, а из раструба грубого инструмента раздается пение, подчеркивая прямой и очевидный контраст живого голоса и интонационно предсказуемой записи.
При всем желании понять степень серьезности проблемы внутренние усилия не приносят нужного результата. Чем дольше смотришь, тем глубже понимаешь насколько мусульманская культура – чуждая и чужая. Насколько безнадежно она не пересекается с нашей. Взаимодействует, но не проникает. При этом интересно отметить, насколько серьезно в создании спектакля задействована тяжелая артиллерия финансирования. Финансковая поддержка осуществлена в частности Немецким Федеральным культурным фондом, Швейцарским обществом искусств и Senate Chancellery Берлина, в сотрудничестве с El Sawy Culturewheel, Каир. Спектакль создан при участии HAU Berlin и Гете Института в Египре Goethe-Institute Egypt и поддержке Авиньонского фестиваля, Bonlieu Scène nationale Annecy, Festival d'Athènes et Épidaure, steirischer herbst festival, Graz and Zürcher Theater Spektakel. | | Monday, March 12th, 2012 | | 6:24 am |
"Love never dies"
«Love never dies» – продолжение истории «Призрак оперы». Очень вряд ли бы пошла смотреть сиквел, если бы его не написал Ллойд Уэббер. Его «Призрак оперы» и «Иисус Христос суперзвезда» – две вещи, в которые я влюбилась лет двадцать назад и к которым моё отношение с тех пор не поменялось.
«Любовь бессмертна» – завершение истории Призрака. Сюжеты мюзиклов, судя по подавляющему большинству тех что я видела, никогда не отличаются сложностью. Единство места, времени и действия представлено в почти христоматийной чистоте.
Так же и в «Love never dies». Призрак живет в Америке, на Манхеттене. Он выстроил большой аттракцион в Кони–Айленд, свой Имаджинариум. По воле автора либретто стечение обстоятельств приводит Кристин, ее мужа и сына в Манхеттен. Призрак присылает за ними в порт карету и устраивает дело так, что они поселяются в гостинице, куда он вхож как домой. В имаджинариуме Призрака, который отчасти – собрание жутких развлечений. Отчасти – кабаре, где выступает Мэг (когда–то – самая близкая подруга Кристин). Там же служит ее мать, роль которой – нечто вроде смотрительницы за всеми молодыми девушками–актрисами. Общий вид сцены напоминает антураж сцены из фильма «Имаджинариум Доктора Парнаса» (занудное блеклое кино, кстати говоря). Но это только в целом. Концентрация сюрреализма в спектакле выше, чем в кино. Сын Кристин оказывается сыном Призрака, об этом узнает и муж (самый несчастный персонаж, все что ему выпадает он ни на йоту не заслужил). А потом Кристин умирает. Ее случайно застрелила Мэг, которую скручивают зависть и ревность. Или ревность и зависть.
Давным давно, когда я только услышала "Призрак оперы" и посмотрела фильм, снятый в 1989 году, меня очень возмущало как же Кристин может отказаться от того, кто предлагает ей сумасшедшую любовь и музыку. Это словосочетание – "любовь и музыка" - будоражило меня очень долго, и до сих пор не совсем отпустило. И вот – она и не отказалась, она любила призрака–композитора. Если бы она смогла бы причинить меньше боли мужу, было бы честнее. Но если бы всегда знать где упадешь, то соломки бы подстелил.
В Сиднее играют и поют австралийские актеры. Хороши все кроме Мэг, которой то ли по сюжету, то ли по способностям досталась партии из разряда реакции кошки, которой наступили на хвост. По контрасту, убедительны Кристин (Anna O'Byrne), мать Мэг (Maria Mercedes), муж Кристин Рауль (Simon Gleeson; по мне так даже лучше Призрака, и если не по качеству пения, то точно по качеству игры) и Призрак (Ben Lewis).
То, чем мюзикл выигрывает по сравнению со всеми возможными представлениями на сцене (за исключением может быть только цирка) – это роскошью, блеском, богатством декораций. В каждой сцене – перемена обстановки. Все блестит, сверкает, поднимается - опускается, разворачивается. При такой широте души сценографов и ощутимой поддержке спонсоров легко скатится в безвкусицу. Благо этого постановка избежала. Художественной тонкости, мелких элементов в сценографии нет. Здесь верховодит стилем крупная, яркая бижутерия. Самая запоминающаяся и характерная конструкция – это сердцевина театра Призрака. Зеркальные высоченные треугольные колонны, установленные на вращающийся круг, который движется в такт музыке – это почти что цирк из страшного романа Брэдбери «Надвигается беда» (или «И духов зла явилась рать…» или «Что–то страшное грядет»; "Something wicked this way comes" 1962г). Стенки в этих треугольниках вдруг становятся прозрачными, и в каждой из них проявляется живой урод. Завершающий акцент – факт, что ближайшие помощники Призрака – два длинных клоуна и карлица–клоунесса.
Переслушивать и передумывать всю историю у меня желания нет, с ней все ясно. Но три трека в душу запали. Это разговор Кристин и Призрака после десятилетней разлуки, спор Призрака и Рауля и последняя ария Кристин и Призрака. В этих трех – сила переживаний, ненадрывная игра (хотя конечно несколько оперно–сладкая) и та самая волшебная музыка.
Не лучшая запись моего любимого фрагмента (последние полторы минуты – так просто пустота)
| | Friday, March 9th, 2012 | | 12:21 am |
| | Thursday, March 8th, 2012 | | 9:44 am |
8 марта
С праздником :) у вас - весны, у нас - осени :) Все всегда уверяли что Международный женский день знают только у нас - ан нет! Час назад услышала как диктор ABC classic FM сказала что мол today is International women's day :) Ура нам! | | 7:18 am |
Марк Бернес - Михаил Левитин
Телевечер друзей Марка Бернеса, который придумал и провёл этот вечер М.З. Левитин, художественный руководитель театра "Эрмитаж".
Этот разговор–монолог особенный, цепляющий. Простота и интимность историй, которые рассказывает М.З., никак не допускают принижения личностей ни Марка Наумовича, ни Михаила Захаровича. Панибратства не допускают ни один, ни другой. Между рассказчиком и зрителями создается образ певца и актера, который уже и не человек. Он огромный сноп тяжёлого света, отблеск тёмного жидкого стекла.
Весь разговор – это легкие короткие мысли, глубокие чувства, ассоциации, находки, удивления, радость. И постоянное внутреннее движение, работа, перебор–подбор слов, тонкий отклик на реакцию зала.
В МЗ одновременно чувствуются опасение, некоторая настороженность и при этом – полная уверенность. Кажется что первые два живут на том уровне, где происходит "выход в открытый космос", где пережитые слова высказываются вслух и уже не принадлежат тому, кто их выносил. А уверенность от того, что все передуманное–сокровенное чистая правда, и никто не посмеет и не сможет этого оспорить.
Несколько картинок
Запись передачи | | Thursday, March 1st, 2012 | | 6:42 am |
| | Tuesday, February 14th, 2012 | | 1:20 pm |
| | Sunday, February 5th, 2012 | | 1:13 am |
| | Thursday, February 2nd, 2012 | | 6:55 am |
театральное
Актер. Очень приятно. Конечно, мы играли и перед большей аудиторией, но ведь и качество тоже кой-чего стоит. Я вас сразу признал... Розенкранц. И кто же мы? Актер. ...как собратьев по искусству. Розенкранц. Интересно, а я думал, мы - джентльмены. Актер. Ну, одни считают, что мы для вас, другие, что вы для нас. Это две стороны одной монеты. Или одна сторона - двух, поскольку нас тут так много. | | Monday, January 30th, 2012 | | 7:49 pm |
Закрывают очередной детский дом с человеческим лицом
Originally posted by ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.2) ludmilapsyholog at Закрывают очередной детский дом с человеческим лицомПохоже, Система не терпит такие просто органически. В Реутово есть детский дом. Маленький, всего на 19 детей. С домашней атмосферой, человеческими отношениями, постоянным пристуствием волонтеров. С хорошим состоянием и развитием детей. Разговоры о его закрытии шли давно, конечно, не монстры же на 100 человек закрывать. А тут -- делов-то, распихать 19 ревущих детей по автобусам да развести по огромным детдомам в соседних районах, где им придется вкусить своими незагрубевшими телами и душами все прелести "нормального" учреждения . И все прелести травли "новеньких", более благополучных, более любимых совсем недавно, а значит неизбежно вызывающих ненависть самим своим видом у детей, более одиноких и несчастных. Потерять друзей, связи с родственниками, которым будет сложнее их навещать в другом районе. Потерять учителей, одноклассников, кружки, к которым привыкли и в которых были успешны. Потерять шефов, которых в новые учреждения еще то ли пустят, то ли нет. А просто городу нужен детский сад. А Министерству -- отчитаться о сокращении сиротских учреждений, не ударив пальцем о палец для семейного устройства детей. Можно было бы создать вместо этого детского дома 3-4 профессиональные семьи -- не такая уж и сложная задача. Можно было бы провести информационную кампанию в Реутове и окрестностях, обратиться к местным жителям, дети-то хорошие, ими много занимались, они незапущенные, многим осталось всего несколько лет до самостоятельности, разобрали бы. Только это ж работать надо. Проще чемодан-автобус-чужой детдом. Если бы кого-то интересовали дети и развитие семейного устройство, то надо было бы делать наоборот. Именно такие учреждения сохранять, создавать поблизости службы устройства, провожать детей в семьи. Отправлять туда на стажировку персонал из учреждений-монстров, потом разукрупнять те. Но это опять же если работать, а не отчеты писать. Все произойдет уже в понедельник, в срочном порядке. Детям не дали даже закончить учебный год, а воспитателям их психологически подготовить. Осталось полрабочего дня. Давайте попробуем это остановить. Пожалуйста, прямо сейчас сделайте перепост. И, если вдруг кто сейчас на низком старте в смысле брать ребенка, может, подумаете об этих ребятах? Под катом -- письмо, направленное "Отказниками" в Минобраз Мособласти, там подробнее все изложено. И вежливее. А я уж, извините, как думаю. ( Read more... )Подписать письмо можно здесь http://www.otkazniki.ru/forum/index.php?showtopic=19194&hl=Или на Демократоре http://democrator.ru/problem/6415 | | Tuesday, January 24th, 2012 | | 6:38 am |
| | Saturday, January 7th, 2012 | | 1:43 pm |
|
[ << Previous 20 ]
|
